13/08/2021
Я прочитал книгу и понял, что дизайнер этого издания не просто не угадал с обложкой - он натурально обосрался. Просто потому, что не был даже в курсе сюжета и не спросил краткое изложение у редактора.
Нет, ну реально. Взять младенцев, прилепить им в фотошопе гитлеровские усы и гестаповскую форму? И - всё? Серьезно, бл..ь?
Нет, если у тебя 60 сек на создание дизайна книги и ты такой - ну не знаю, положим, самый обычный орангутан, во сне упал с пальмы, а писатели в это время зажарили и едят твою мамку-обезьяну, и поэтому ты ненавидишь чтение - ну тогда может быть, да, я пойму...
Но это не тот случай! Книжка-то, несмотря на тяжеловатый язык, все-таки достойная.
И вот я, прочитав ее, попросил любимого художника Соня сделать правильную обложку для нее...
День работы понадобился художнику - и я получаю рисунок настоящего настроения книги, а не попсовый (тьфу!) коллаж.
Щас постараюсь без спойлеров.
Рандомно херачить на обложке младенцев в форме Вооруженных сил Германского рейха с усами главного ублюдка человечества - это было самое тупое решение художника. Когда надо иллюстрировать книгу, основанную на дневниках подростка, волею судеб, от безысходности прошедшего школу югенфолька и гитлерюгенда, и там еще к взрослым, к родителям вопросы, а дизайнер забавляется дешёвой игрой на стереотипах...Ой, всё!
Стопе, вот тут я точно улетаю в спойлеры.
Поэтому закончу на начале книги - книги, которая начинается в конце...
"- да я же готов сражаться!.... -сегодня можешь еще побыть нацистом, - говорит папа, - И оплакивать ваше полное поражение. ...
- Сегодня он повзрослеет, - громко произносит папа.
Но Анатоля бьет озноб. Война ворвалась в дом, и фронт теперь уже не утыканная флажками карта Восточной Европы, которая висит на стене.
"Неужели я и вправду пойду кидать в наступающих русских заранее припасенные бутылки с бензином? Готов ли я вместо геройских игр к геройским делам, готов ли к встрече с настоящим врагом, к настоящему страху, ранам,смерти - готов умереть взаправду и навсегда? Разве я этого хочу? Не лучше ли доделать начатую когда-то раньше подзорную трубу?"
- Папа, ну почему все так получилось? - в последний раз выкрикивает сын сквозь рыдания."
