30/03/2015
Как появились курьеры?
Самые древние сведения о почте относятся к Ассирии и Вавилону. Люди, населяющие эти древние страны, писали клинописью на глиняных табличках. Эти сведения знает каждый школьник. Однако ассирийцы еще в III тысячелетии до нашей эры применяли то, что может называться предшественником конверта. После обжига таблички с текстом письма, ее покрывали слоем глины, на котором писался адрес получателя. Затем таблички снова обжигались. В результате выделения при повторном обжиге водяных паров табличка-«письмо» и табличка-«конверт» не становились единым куском. «Конверт» разбивали и читали «письмо». До наших дней дошло два таких письма. Они вместе с «конвертами» хранятся в Лувре.
Во времена Кира и Дария в Персии(558 – 486 года до нашей эры) почтовая связь была налажена очень хорошо. На станциях персидской почты постоянно были наготове гонцы и оседланные лошади. Почта передавалась гонцами по эстафете от одного к другому. Эта была так называемая эстафетная почта.
Славилась и древнеримская почта. Она играла огромную роль в управлении громадной Римской империей. В важнейших центрах империи содержались специальные станции, снабженные конными курьерами. Римляне обычно говорили «Statio posita in…”(Станция расположена в …). Как считают специалисты, именно из сокращения этих слов и появилось слово ПОЧТА (“Posta”).
В арабском Халифате к 750 году все государство было покрыто сетью дорог, по которым курсировали гонцы – пешие и верховые на лошадях, верблюдах и мулах. Они доставляли государственную и частную почту. О большом значении почтовой службы государства свидетельствует знаменитое высказывание халифа Мансура, основавшего Багдад (762 год). «Мой трон покоится на четырех столпах, а моя власть опирается на четырех человек: это безупречный кади (судья), энергичный начальник полиции, деятельный министр финансов и мудрый почтмейстер, который информирует меня обо всем».
Древняя дорога инков
Государства инков в Перу и ацтеков в Мексике еще до 1500 года имели регулярную почту. Следует отметить, что почта инков и ацтеков использовала только пеших гонцов. Дело в том, что лошадей в Южную Америку завезли европейцы – завоеватели только в 16 веке. Расстояние между соседними станциями не превышало трех километров. Поэтому оно преодолевалось гонцом в высоком темпе. Характерная особенность почты инков и ацтеков заключалось в том, что кроме почты, гонцы должны были доставить свежую рыбу к столу императора. Рыба доставлялась с побережья в столицу в течение 48 часов (500 км). Оцените скорость доставки. Думаю, что современная почта вряд ли быстрее, хотя имеет в своем распоряжении машины, поезда и самолеты.
Люди XXI века склонны недооценивать достижения прошлого, и многим из них покажется удивительным, что тысячу лет тому назад подписанный китайским императором в Пекине указ уже на следующий день зачитывался во всех провинциях громадной империи. И все же так оно и было! Столь необыкновенная скорость прохождения информации объяснялась тем, что на огромном пространстве Поднебесной функционировала отлаженная система почтовых трактов и станций, отстоявших друг от друга на строго определенном расстоянии.
Пеший китайский курьер
При каждой такой станции жил специальный чиновник, подчинявшийся мандарину, правившему провинцией, а так как в Китае с чиновников всегда спрашивали строго и отвечать за упущения по службе приходилось, чаще всего, собственной головой, система работала с похвальной четкостью. Но не одно только усердие опасавшихся за своё благополучие и саму жизнь чиновников было движущей силой имперской почтовой системы — бесперебойную связь столицы и самых отдаленных провинций обеспечивали пешие курьеры, носившие в своих заплечных сумах послания от властей и частных лиц.
В курьеры брали людей с большим разбором, заставляя сдавать специальные экзамены, устраивая кандидатам на должность разные каверзные проверки. После того как претендент на курьерскую должность проходил первые испытания, наступала пора тщательных тренировок. Новичков учили передвигаться по любой местности «легким шагом»,постоянно поддерживая одинаковый темп ходьбы, держать дыхание, рассчитывать свои силы, распределяя их равномерно, и даже правильно питаться — вся хитрость курьерской диеты заключалась в балансе: в дорогу нельзя было отправляться натощак или наевшись досыта. Такая тщательность выбора и подготовки объяснялась тем, что китайские почтальоны должны были проходить расстояние между станциями за урочное время. День ли ночь, зима или лето, по равнине проложен маршрут или в горах — если почтальон приходил позже установленного срока, его штрафовали, а в случае повторного опоздания с позором гнали со службы.
Такое устройство китайской почты было практически скопировано завоевавшими Китай монголами, изменившими в ней только один элемент — их курьеры были конными, что ещё более увеличивало скорость движения сведений. Невероятная по размерам трансконтинентальная империя, созданная Чингисханом и его потомками, была покрыта почтовыми станциями, называвшимися «ям», где держали запасных лошадей — там происходила смена посылаемых с известиями гонцов. На каждом «яме» строились конюшни, амбары для фуража, помещения для отдыха гонцов. Нередко подле «яма» находился постоялый двор для проезжающих.
Вместе с монгольской армией хана Батыя в XIII веке ямской способ курьерской службы попал на покоренную завоевателями Русь, и это «китайское наследие» монголов прижилось у русских на долгие шесть веков.После распада Золотой Орды и выхода русских княжеств из-под власти её правителей система ямов не исчезла. Наоборот, постепенно развиваясь, по мере объединения под властью Москвы остальных русских земель, ямские станции, между которыми было по 40–50 верст расстояния, появлялись всюду, обеспечивали устойчивую связь между Москвой и Архангельском, Псковом, Новгородом, Смоленском и Нижним Новгородом. Езда с ямщиками была недорогой и скорой: по свидетельствам посещавших Москву иностранцев, зимой, когда дороги были хороши и реки покрывались льдом, от Новгорода до русской столицы можно было добраться за 52 часа, что и по сегодняшним меркам очень не худо.
По устоявшейся ещё со времен золотоордынского владычества традиции возчики, служившие при «ямах», назывались ямщиками, а их работа «ямской гоньбой». Занимались этим делом «охочие люди», то есть вольные, а обеспечение ямской гоньбы всем необходимым являлось одной из общественных повинностей, которая возлагалась на Ямские слободы. Всей этой системой управляло специальное учреждение — с 1516 года оно называлось «Ямской приказ», в 1723 году переименованный в Ямскую канцелярию.
В любом старинном русском городе, стоящем у большой проезжей дороги, можно отыскать следы прежней ямской слободы, а в древней подмосковной Коломне «ям» находился испокон веку, и свидетельство тому название Ямской башни городского кремля — возле этой башни от Рязанского тракта был поворот на Владимирскую дорогу. Там же у Ямской башни, где на Житной площади шумело торжище, находилась ямщицкая биржа, где пассажиры подряжали ямщиков везти их в Москву, Рязань, Каширу или в иные места. Сохранились даже сведения о расценках за услуги коломенских ямщиков, относившиеся к первой половине XIX века Так, скажем, до Москвы они брались доставить за два дня, усаживая в большой тарантас до шести человек, беря по три рубля серебром с места. Да на задок тарантаса умещалось трое, плативших по 50 коп., и ещё сажал возница одного пассажира к себе на облучок, так же беря с него полтину. Таким образом, выходило, что за одну ездку в Москву ямщик получал рублей двадцать, да и обратно ехал не пустым, и за вычетом всех расходов, в месяц у него набегало «чистыми» до 70 руб., что по тем временам было более чем недурно.
Церковь Троицы на Репне в Коломне.
Коломенская Ямская слобода, раскинувшаяся вокруг церкви Троицы-на-Репне, и нынче остается всё в той же неприкосновенности, и мало поменялась видом. Несмотря на то что Ямская слобода находилась совсем недалеко от крепости, где в былые времена сосредотачивалась вся светская и духовная власть ближайшей округи, тем не менее «ямщики» держались особняком от горожан. Быт ямщиков, наследственность их занятий, особая юрисдикция, которой подчинялись слобожане, только подчеркивали их обособленность.
Исстари слобожане несли повинности особого рода. После того как в XVIII столетии старинные «ямы» были преобразованы в «почтовые станции», жители коломенской Ямской слободы брали на себя содержание двух станций в уезде — в Коломне и селе Степанщине — по двадцать семь лошадей при каждой, и половинную долю на станции в Бронницах, обеспечивая гоньбу восемнадцати лошадей. Каждому, кто вызывался на эту службу, «ямское общество» платило деньги, распределяя размеры взносов между всеми по довольно оригинальной системе.
Община Ямской слободы была крупным землевладельцем — одной усадебной земли каждому члену общины полагался надел в 30 саженей длины и 8 ширины (сажень = 2,13 м, то есть всего получается около 1,1 тыс. м2, или 11 соток). Кроме того слободе принадлежали 964 десятины пашенной и сенокосной земли. Распределение долей пользования этими общественными землями и отчислений на содержание почтовых станций были увязаны между собой, а платежной единицей, в которых эти доли измерялись была… «одна ножка». Неискушенному и постороннему человеку разобраться в этих расчетах слобожан было трудно, но для самих «ямских» это было «обыкновенное дело». Основой расчета было количество содержавшихся на станциях лошадей: путем сложения 27 + 27 + 18 — получаем 72 головы. Но «ямские» считали не головы, а ноги — умножая 72 на 4 — получалось 288. Упомянутая выше «ножка» по сути соответствовала четверти стоимости содержания лошади на станции.
Таким образом, повинность раскладывалась на 288 «ножек», которые делись на «половинки» и «четвертинки», и про одного говорили «такой-то гоняет три ножки», а про другого «да он только полножки гоняет» или «одну с четвертью». По числу «ножек», платившихся каждой усадьбой Ямской слободы на содержание станций в Коломне, Степанщине и Бронницах, пахотная земля и покосы так же делились на 288 долей-«ножек». Тому ямщику, который «гонял три ножки», полагались три доли земли, а тому, кто «гонял полножки», соответственно отмеривали и половину земляной доли.
