Taxlaw

11/08/2020

Развитие судебной практики по вопросам применения
положений международных налоговых договоров к
лицензионным платежам

07 августа 2020 года Арбитражный суд Челябинской области вынес решение по делу ООО «СВЯЗЬ-ЭКСПОРТ»[1] (далее – «Общество»). Вопрос, подлежавший разрешению судом первой инстанции, касался определения сферы применения ст. 12 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики об избежании двойного налогообложения и о
предотвращении уклонения от налогообложения в отношении налогов на доходы от 13.04.2014 (далее – «Соглашение»).
Общество, выступавшее в качестве лицензиата, полагало, что вознаграждение, выплачиваемое им компании – резиденту КНР за предоставление права на
установку (инсталляцию) программ для ЭВМ и баз данных (далее – «ПО») на электронные устройства, продаваемые лицензиатом, предусматривало предоставление права на распространение такого ПО, а также права передавать
приобретателям электронных устройств и разрешать таким приобретателям передавать право на распространение определенного ПО на основе сублицензионных договоров.
По результатам проведенной налоговой проверки Обществу как налоговому агенту был доначислен налог на прибыль иностранных организаций по ставке 6% (с учетом положений ст. 12 Соглашения), а также начислен штраф и пени. Общество обжаловало решение налогового органа в суд.
Отказывая Обществу в удовлетворении заявленных требований о признании недействительным решения налогового органа, суд первой инстанции указал следующее:
П. 3 ст. 12 Соглашения определяет доходы от авторских прав и лицензий как платежи любого вида, получаемые в качестве возмещения за использование или за предоставление права пользования любым авторским правом на произведения литературы, искусства или науки, включая кинофильмы, фильмы или пленки для теле- или радиовещания, любым патентом, товарным знаком, дизайном или моделью, планом, секретной формулой или процессом либо за
использование или предоставление права пользования промышленным, коммерческим или научным оборудованием, либо за информацию, касающуюся
промышленного, коммерческого или научного опыта.
В силу ст. 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана
(интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства и программы для электронных вычислительных машин
(программы для ЭВМ).
В силу ст. 1261 ГК РФ авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и
объектный код, охраняются так же, как авторские права на произведения литературы. Таким образом, программы для ЭВМ являются объектами авторских прав.
В соответствии с положениями п. 3 ст. 12 Соглашения к доходам от авторских прав и лицензий относятся платежи за предоставление права пользования любым авторским правом, и неуказание в данной статье на право пользования
ПО, установленным на определенные виды электронных устройств, реализуемых Обществом, не означает, что указанное право не может быть отнесено к правам,
о которых говорится в ст. 12 Соглашения;
Следовательно, для целей применения Соглашения доходы от предоставления неисключительного имущественного права на инсталляцию ПО на продаваемые Обществом электронные устройства и неразрывно связанное с этим право на распространение программ ЭВМ должны рассматриваться в качестве доходов от авторских прав и лицензий, в связи с чем подлежат обложению российским
налогом у источника выплаты по ставке 6 %

10/03/2020

Федеральная налоговая служба направила налоговым органам письменные разъяснения по вопросам использования концепции «лица, имеющего фактическое право на доход» (фактического получателя дохода) при применении международных договоров об избежании двойного налогообложения.

В письме обобщена судебная практика, сложившаяся в пользу налоговых органов. Также приведены дела, рассмотрение которых в различных инстанциях не окончено, однако ФНС России, вероятно, полагает, что позиции, занятые судами в этих делах, утвердятся.

Некоторые подходы уже широко известны и во многом повторяют схожее письмо 2017 г. Но есть и новые ориентиры для практики.

В письме отмечается, что международные налоговые договоры должны применяться с учётом их целей и задач, которые связаны с привлечением иностранного капитала, и не могут применяться исключительно для создания благоприятных налоговых условий. Вовлечение иностранных лиц в структуру операций должно иметь деловые цели, не связанные с уменьшением налогового бремени. Налоговые преимущества не могут применяться, в частности, когда иностранный элемент введён в структуру операций искусственно или иностранное лицо является подставным и действует в интересах третьего лица, которое само не может воспользоваться такими преимуществами. Иностранные лица должны иметь реальное присутствие в стране, с которой заключён международный договор, и самостоятельно распоряжаться доходом, полученным от российских лиц.

Изложенные подходы – тесты реальности операций, основной цели и «существа над формой» – известны из концепции необоснованной налоговой выгоды, предусмотренной Постановлением Пленума ВАС РФ от 12 октября 2006 г. № 53, и из ст. 54.1 НК РФ. В целом они не представляют собой нового подхода, новшеством можно признать лишь их применение к конкретным разновидностям ситуаций, описанным в письме ФНС России.

В письме подтверждается подход налоговых органов, поддержанный судами, что бремя доказывания «фактического права на доход» несёт налоговый агент, производящий облагаемые налогом у источника выплаты иностранному лицу. Налоговый орган, опровергнув, что иностранное лицо, которое получает доход, имеет фактическое право на доход, не обязан самостоятельно устанавливать, какое иное лицо имеет фактическое право на доход.

Предоставление налоговых преимуществ, которые предусмотрены международными договорами, не может происходить на основе формального соблюдения необходимых для этого условий, без установления реальных экономических оснований. Государство имеет основания ожидать от налоговых агентов соблюдения не только интересов своих контрагентов, но и фискальных интересов государства.

Однако российский подход к применению концепции фактического получателя дохода отличается возложением на налогового агента бремени доказывания правомерности применения налоговых преимуществ, предусмотренных международным договором, даже когда стороны не являются взаимозависимыми и налоговому агенту может быть затруднительно собрать соответствующие доказательства.

По мере развития практики применения новых требований можно ожидать большей сбалансированности подходов, когда к выплатам в пользу взаимозависимых лиц будут применяться наиболее строгие требования, а к выплатам в пользу самостоятельных сторон – менее строгие.

Если налоговый агент заявляет, что фактическое право на доход имеет третье лицо, это заявление, по мнению ФНС России, должно быть подтверждено однозначным образом. При этом российскому налоговому агенту необходимо проверить, уплачивало ли такое лицо налог со своих доходов, и получить соответствующее подтверждение.

В письме предложен весьма строгий стандарт доказывания того, что фактическим получателем дохода является третье лицо («сквозной подход», «взгляд насквозь): простого заявления третьего лица, а тем более налогового агента, недостаточно. На это разъяснение необходимо обратить особое внимание в рамках текущих проверок, где вероятно оспаривание статуса фактического получателя дохода, и заранее подготовить необходимое обоснование статуса третьего лица.

В Государственной Думе прошёл первое чтение законопроект № 442400-7, который значительно упрощает применение «сквозного подхода» для физических лиц, а также для иностранных организаций, чьи акции торгуются на бирже, либо с долей участия российского или иностранного государства более 50%, если они являются фактическими получателями дохода.

Новым ориентиром в письме ФНС России можно называть подход, согласно которому «деятельность, осуществляемая только в виде инвестиций и финансирования компаний группы (холдинга) или взаимозависимых , не свидетельствует об осуществлении самостоятельной предпринимательской деятельности». Кроме того, ФНС России пришла к новому выводу, что «компании, только обслуживающие интересы собственной группы и аффилированных с ней лиц», не могут пользоваться преимуществами международных налоговых договоров, если получение ими дохода не оправдано с экономической точки зрения.

Несущественными с точки зрения реальной деятельности признаются доходы от оказания информационно-консультационных услуг, в виде положительной курсовой разницы от купли-продажи иностранной валюты, в виде «высокой процентной ставки по вкладам».

В российском законодательстве выполнение функций холдинга или внутригрупповое финансирование признаётся предпринимательской деятельностью, и изложенное требование ФНС России не имеет прямой законодательной основы. Однако подобный подход известен из практики международного налогообложения. Фактически письмом ФНС России в российскую практику внедряется наиболее жёсткий подход к взиманию налога у источника – американское «ограничение льгот» (limitation of benefits), в рамках которого из «предпринимательской деятельности» исключается не только имитация деятельности (создание формального документооборота), но и реальная деятельность холдинговых и казначейских компаний, если таковая ведётся в условиях льготного налогообложения. Схожий подход проводится в позднейших по времени соглашениях об избежании двойного налогообложения, заключаемых Россией иностранными государствами.

27/02/2020

23 января 2020 года Десятый арбитражный апелляционный суд вынес постановление по делу ООО «Элгад — ЗСИ»[1] (далее – «Общество») о толковании дистрибутивных правил международного налогового договора, распределяющих права на налогообложение доходов между государством источника дохода и государством налогового резидентства получателя дохода, а также возлагающих на договаривающиеся государства обязанности по устранению возникающего двойного налогообложения.

Поддерживая позицию, занятую судом первой инстанции, апелляционный суд указал, что если применимым международным налоговым договором установлено, что доход, возникающий в одном договаривающемся государстве и выплачиваемый лицу с постоянным местопребыванием в другом договаривающемся государстве, может облагаться налогом в этом другом государстве и при этом также может облагаться налогом в договаривающемся государстве, в котором он возникает, означает, что государству – источнику дохода предоставлено первоочередное право взимать налог с такого дохода, если это предусмотрено его национальным законодательством. При этом такое право государства – источника дохода может быть ограничено определенной предельной ставкой налога.

Возникающая в этом случае обязанность по устранению двойного налогообложения возлагается на государство постоянного местопребывания получателя дохода с применением указанного в международном договоре метода. Для этого, по мнению суда, иностранный получатель дохода должен инициировать в государстве своего постоянного местопребывания взаимосогласительную процедуру, предоставив компетентному органу копии всех подтверждающих документов.

В обоснование своего вывода суд сослался на позицию, изложенную в п. 9 Обзора практики разрешения судами споров, связанных с защитой иностранных инвесторов, утвержденного Президиумом ВС РФ 12.07.2017 применительно к налогообложению дивидендов, указав, что данная позиция носит универсальный характер и может применяться по аналогии к иным видам доходов, нежели дивиденды.

Аудиторские заключения были признаны ненадлежащими доказательствами полного исполнения иностранным получателем дохода своих налоговых обязательств по месту постоянного пребывания, поскольку содержащаяся в них информация об уплате компанией налогов в государстве постоянного местопребывания обезличена: отсутствуют сведения о размере налогооблагаемой базы, налоговых ставках, уплаченных суммах налога, а также о законодательных нормах, в соответствии с которыми иностранная компания исчислила и уплатила налоги на доходы на территории государства постоянного места нахождения. В этой связи суд признал, что на основании указанных аудиторских заключений невозможно сделать вывод о том, что иностранная компания исчислила и уплатила в государстве постоянного местонахождения налог с дохода, полученного от российского налогового агента.

13/01/2020

https://news.google.com/articles/CAIiEDVDX8hTmbkMrLdR3x3m2x0qGAgEKg8IACoHCAowhsadCTDw2Www4OWYAQ?hl=ru&gl=RU&ceid=RU%3Aru

Острова Мэн, Гернси и Джерси включили Россию в списки стран для автообмена налоговой информацией в 2020 году, несмотря на то, что ФНС удалила их из списка партнеров. Н....

13/01/2020

Очередная победа налоговиков по бенефициарному собственнику для цепочки Кипр-БВО примечательна тем, что был установлен регистратор и возможный российский администратор структуры. До дел по налоговому резидентству РФ таких структур остается последний шаг (даже полшага).

Тем Family officам, кто не перестроился - срочно менять подходы к работе. Их клиентам - обратить пристальное внимание на абсолютно реальные риски налогового резидентства РФ при администрировании иностранных структур из РФ и обсудить походы провайдеров к снижению данных рисков.

Думаю эти риски будут одним из ключевых трендов в 2020 и последующих годах.

(АО Генериум vs МИФНС РФ по КН по ВО)

26/11/2019

https://www.kommersant.ru/doc/4170151

Виртуальную валюту впервые внесли в капитал российской компании

18/09/2019

Скоро чиновники будут обязаны отвечать на запросы юридических фирм.

Чиновников могут обязать отвечать на запросы юридических бюро, по аналоги с адвокатским запросом. В Госдуму поступили поправки в закон о бесплатной юридической помощи.

У юридических бюро появится право запрашивать у госорганов и госслужащих документы для оказания гражданам квалифицированной бесплатной юридической помощи.
На такое обращение чиновники должны будут отреагировать в тридцатидневный срок с момента получения запроса.

Законопроект также предусматривает перечень случаев, когда юридическое бюро может получить отказ в ответ на свой запрос.
Запрос может остаться без ответа, если:
у госслужащего нет запрошенной информации,
юрист оформил запрос не по правилам,
запрошенные сведения по закону относятся к информации с ограниченным доступом (ч. 9 ст. 17 законопроекта).
Разработчики отмечают, что сейчас с проблем с получением информации не испытывают адвокаты, поскольку по закону чиновники отвечают на их обращения в течение 30 дней с момента запроса. Отсутствие ответа грозит госслужащему административной ответственностью. Аналогичный порядок предполагается ввести и для юридических бюро, не обладающих статусом адвокатского объединения.

#адвокатскийзапрос #юридическоебюро #альбрехтивитте

Источник

18/09/2019

Хорошие новости для ИП на «упрощёнке». Глава ФНС Михаил Мишустин официально заявил об отмене отчетности для предпринимателей, применяющих УСНО («по доходам»).
В Налоговой службе прошло заседание расширенной коллегии, на котором руководитель ФНС озвучил приятные новости для ИП, применяющих упрощенную систему налогообложения. Мишустин подтвердил, что технология онлайн-касс позволит с 2020 года отменить отчетность для предпринимателей на УСНО с объектом «доходы». Тем, кто будет использовать онлайн-кассы будет доступна возможность больше не сдавать декларации.
На это не все…
Есть основание полагать, что отменят лимиты по упрощенке.
Компании и ИП , которые превысят лимиты по доходу и численности работников на УСНО , не лишатся возможности его использования: Они смогут работать на нем еще некоторое время. Насколько будет допустимо превышать лимиты, например по численности работников (на 10 или 30 человек), пока не определено.. Проект соответствующих изменений ФНС и Минэкономразвития обещают внести В Госдуму в сентябре. Если поправки вступят в силу с 1 января 2020 года, то юрлица и ИП смогут применять переходный режим с налогового периода 2020 года.
#налоги

17/09/2019

Неуплата налогов по уважительным причинам как способ избежать уголовной ответственности.
Интересная (и весьма полезная) идея была инспирирована Президиумом Верховного суда, который указал на возможность избежания директором организации уголовной ответственности в том случае, если неуплата имела место по уважительным причинам (Обзор практики применения судами положений главы 8 УК об обстоятельствах, исключающих преступность деяния (утв. Президиумом ВС 22.05.2019)).
Поводом стала ситуация с руководителем организации, которого признали виновным в неуплате налогов (ст. 199.2 УК). Организация не смогла вовремя расплатиться с бюджетом, поэтому попросил налоговиков о рассрочке, однако получила отказ и блокировку счета вдогонку.
Директору ничего не оставалось делать, как попросил аффилированных партнеров вместо перечисления денег на счета компании , осуществлять погашение долгов напрямую.
Результатом этого стало обвинение директора в сокрытии доходов. Контраргументом послужило то, что руководитель действовал в пределах крайней необходимости (ст. 39 УК). Его целью как руководителя было поддержание бесперебойного производственного цикла, остановка которого могла привести к масштабной техногенной аварии (постановление Свердловского областного суда от 14.12. 2017 № 22–8028/2017).
#какизбежатьуголовнойответственности #налоги #неуплата

06/08/2019

И снова применение на практике концепции фактического получателя дохода (ФПД). К сожалению, негативно для налогоплательщика…

Применение пониженной ставки налога с доходов в виде дивидендов, выплаченных кипрской компании, признано неправомерным, поскольку последняя не являлась их фактическим получателем

В ходе выездной проверки за 2014-2016 гг. налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде российская организация выплатила кипрской компании (акционеру), владеющему 100 % ее акций, дивиденды с удержанием налога на доходы по пониженной ставке - 5 %.

Налоговый орган пришел к выводу о неправомерности применения налоговым агентом пониженной ставки в связи со следующим: 1) Кипрская компания в августе 2013 года приобрела акции российской организации у гражданина Эстонии, но изначально они оплачены не были; 2) в ноябре 2013 года акционер принял решение об увеличении уставного капитала российской организации на сумму эквивалентную 108 144, 29 евро. Данная сумма была перечислена в адрес российской организации в январе 2014 года, но сделано это было за счет заемных средств, полученных от эстонской компании, основным собственником которой являлся вышеназванный гражданин Эстонии.

При этом кипрская компания имела в штате 1 сотрудника-директора, не несла административных расходов, не имела активов, за исключением инвестиций в российскую организацию, дебиторской задолженности, образовавшейся по выданным аффилированным компаниям займам, доходы компании состояли в основном из дивидендов, полученных от российской организации, что подтверждается аудиторскими заключениями и финансовой отчетностью компании.

Фактически управление кипрской, равно как и российской компанией производилось вышеназванным гражданином Эстонии.

Поступавшие на счет кипрской компании денежные средства в виде дивидендов были перечислены на счет эстонской компании по договору о кредитовании.

Суд согласился с выводом налогового органа о том, что кипрская компания не является фактическим собственником в отношении перечисляемого в ее адрес дохода в виде дивидендов, а исполняет функции технического агента для перечисления денежных средств аффилированным гражданином Эстонии иностранным компаниям, зарегистрированным в Эстонии с единственной целью применения льготной ставки налогообложения при выплате дивидендов.

Даже с учетом факта внесения компанией заемных денежных средств в необходимом размере в качестве вложения в уставный капитал российской компании налогоплательщик не доказал, что кипрская компания действительно вела предпринимательскую деятельность.

Суд также отклонил довод налогоплательщика о необходимости исключения из числа доказательств по делу как недопустимого выписки по банковскому счету кипрской компании за период 01.01.2014 - 31.12.2015, полученной налоговым органом в ходе проведения налоговой проверки в соответствии с Конвенцией о взаимной административной помощи по налоговым делам от 25.01.1988 (даже если для РФ положения Конвенции распространяются на административную помощь за налоговые периоды, начинающиеся 01.01.2016, а кипрская компания не является резидентом Эстонии).

(решение АС Ивановской области от 19.07.2019 по делу № А17-11142/2018,
ЗАО "Экстра")

#фактическийполучательдохода #фпд #дивиденды #контролируемыеиностранныекомпании

29/07/2019

Ссылка налогоплательщика, выплатившего дивиденды лицу, не являвшемуся их фактическим получателем, на п. 8 ст. 75 НК РФ (освобождение от пени) признана необоснованной в т.ч. из-за применимости этой нормы только к правомерным действиям добросовестного налогоплательщика

http://kad.arbitr.ru/Document/Pdf/244577ec-87fc-4864-b42b-8f27e6774b7a/dd909553-7ce6-44d9-a425-fdda9decfcce/A40-185141-2018_20190703_Reshenija_i_postanovlenija.pdf?isAddStamp=True

#фактическийполучательдохода #фпд #дивиденды #контролируемыеиностранныекомпании

22/07/2019

ФНС выполнила большую часть работы налоговых консультантов, обнародовав в мае список «схем», применение и совершенствование которых чревато рисками для бизнеса.
Подробнее по ссылке: