13/10/2017
О последствиях кризиса, ориентирах застройщиков и перспективах региона
Финансовая компания «АКСИОМА» - крупнейшая инвестиционная компания региона, объединяющая в своей структуре строительные, архитектурные, проектные, девелоперские, риэлторские направления, а также аэропортовую и туроператорскую деятельность.
О том, как сегодня развивается международный аэропорт Воронеж, какие перспективы он открывает для региона, бизнеса и самих воронежцев, об ошибках застройщиков и методах борьбы с «архитектурным бандитизмом» рассказывает генеральный директор компании, Председатель Совета директоров Международного аэропорта Воронеж Иван Кандыбин.
— После перехода воронежского аэропорта под контроль компании «АКСИОМА» аэроузел начал развивать новое направление — грузовые авиаперевозки. Что стало аргументом в пользу такого бизнеса в нашем регионе? И насколько оправданным оказалось это решение?
— Мы развиваем все направления аэропортовой деятельности. Грузовые перевозки — одно из них. Конечно, на том этапе, когда аэропорт вошел в наш холдинг, для авиаперевозок не было никаких возможностей — ни оборудования, ни складов. Большинство вопросов мы уже решили. И, впервые за свою 85-летнюю историю аэропорт начал принимать и отправлять грузы. Сегодня уже из многих точек мира, куда летают наши самолеты — например, из Стамбула, Ташкента, Бишкека. Но мы не собираемся на этом останавливаться.
На сегодняшний день достигнуты договоренности с крупнейшими строительными турецкими холдингами о реализации совместного проекта комплексной реконструкции международного аэропорта Воронеж и создания на его базе крупного транспортного авиаузла.
— Как экономический кризис сказался на динамике пассажиропотока?
— Общий пассажиропоток в России существенно снизился в 2016 году, но из-за кризиса лишь отчасти. Закрытие турецкого направления серьезно ударило по международному пассажиропотоку. Но благодаря тому, что мы смогли открыть новые направления, наш показатель снизился незначительно.
— Какие направления пользуются сейчас наибольшим спросом?
— Если мы говорим про самые востребованные внутренние направления, то лидером остается Москва. Из международных — Анталия. С 4 апреля начали трижды в неделю летать в Стамбул. Если все пойдет по плану, создадим возможности для ежедневных полетов в этом направлении.
— Перейдем к вопросам строительства, которым активно занимается «АКСИОМА». В прошлом году, на форуме Build, руководитель регионального управления архитектуры и градостроительства Марина Ракова отметила, что планируемый к вводу до 2020 года объем жилья почти вдвое превышает потребности населения Воронежа, предусмотренные градостроительными нормативами. При таком перенасыщении рынка как в дальнейшем, на ваш взгляд, должно вестись строительство, на что должны ориентироваться застройщики?
— Жилья в городе строится немало. Предложений достаточное количество. Но строят по-разному, разные дома, разные районы, разное отношение к качеству выполнения работ. И если, как взыскательный покупатель, вы начнете искать, ориентируясь на критерии «цена-качество», то быстро поймете, что подходящих вариантов не так уж и много.
Если мы говорим про новейшую историю строительства жилья в городе, то еще лет 15 назад во главе угла стояла локация. Если дом в центре — то и квартиры подороже. Не в центре — подешевле. Был дефицит жилья, и никто не проверял документы, надежность застройщика. Сейчас картина другая. Сейчас есть выбор. Это хорошо с точки зрения потребителя. И он уже начинает диктовать свои условия: «Уважаемые строители, постройте мне здесь детский сад, здесь — хорошую детскую площадку, здесь — парковку. И я не хочу заходить в подъезд с обшарпанным лифтом». И если строитель хочет, чтобы у него покупали, то он будет учитывать мнение покупателя.
А покупатель стал очень требовательным. Он хочет комфорта. Пять лет назад в городе очень остро стояла проблема с детскими садами. Ко мне как к депутату приходили на прием и просили: «Ради бога, дайте место в детском саду, в любом районе, только дайте!». Сейчас не так: «Не хочу водить ребенка в сад за два квартала, хочу, чтобы детский сад был через дорогу. То же самое и со строительством жилья. Что касается удобства детских площадок, качества лифтов, оформления мест общего пользования — требования ко всему этому сильно возросли.
Мы в основном продаем квартиры без отделки, но отделку предлагаем. И если человек соглашается, то не на любую. Ламинат на полу, плитка в санузле, потолки, подвесные или натяжные, — все должно быть аккуратно и качественно.
Кроме того, изменился подход к архитектуре строящихся объектов — девелоперам стало интересно возводить небанальные, запоминающиеся, даже эксклюзивные объекты.
— Вам нравится, как застраивается Воронеж?
— Сейчас многие кричат: «Что мы строим? Каменные джунгли!». Но если взглянуть на город сверху и мысленно убрать с карты новостройки — мы получим обычный провинциальный город. А ведь большинство предпочитают жить именно в современном мегаполисе, таком, каким становится сегодня Воронеж. К сожалению, стремление к урбанизации приносит с собой определенные издержки. Но и ограничиться в сегодняшних реалиях строительством трех-четырех-этажных домов уже не получится.
Проблема в чем? У нас нет генерального плана застройки города в его идеальном смысле и детальной стратегии развития Воронежа на десятилетия вперед.
— С начала года в Воронеже активно говорят об «архитектурном бандитизме». Каким, на ваш взгляд, должен быть функционал главного архитектора, чтобы не допускать подобных ситуаций впредь?
— Мы, застройщики, иногда допускаем ошибки и не снимаем за это с себя ответственности. Но для того, чтобы город в градостроительном смысле развивался правильно и разумно, должен быть какой-то «цербер». Сам ли мэр, или зам по строительству, или главный архитектор. Но должен быть кто-то, кто установит единые для всех, понятные, жесткие и обязательные к исполнению правила. Если нельзя — то всем нельзя. Сейчас такого нет, даже несмотря на то, что уже полгода боремся с «архитектурным бандитизмом».
Главный архитектор, как высоклассный шахматист, должен смотреть на годы вперед. Сейчас встал вопрос о строительстве метро. Многие считают это всего лишь проектом. А я думаю, что метро будет. Но при его строительстве мы столкнемся с колоссальными трудностями. Когда город застраивали в советские годы, это делали взвешенно и разумно. Например, у крупных магистралей были дороги-дублеры. Сейчас мы нередко видим, что активное и массовое жилищное строительство привело к тому, что город в ряде случаев лишился территорий, необходимых для развития — сегодня или в будущем — крупных инфраструктурных проектов, строительства необходимых магистралей и транспортных развязок. А эти земли нужно было резервировать и запрещать любое строительство.
Мы сами сталкиваемся сегодня с этим, отстаивая земли вокруг аэропорта. И, поверьте, за этим стоит не корыстный интерес. Международный аэропорт «Воронеж» — это в первую очередь транспортный узел регионального значения с перспективами перерасти в крупнейший хаб ЦФО, и он неизбежно будет развиваться. И больше нигде в другом месте его не построить, а значит нужно место, чтобы он мог шагнуть в будущее.
